Известно, что горячий утюг и холодный выглядят одинаково. Как же разные люди проверяют — горячий утюг или холодный? Согласно результатам общественного вопроса, мнения разделились:
Большинство людей плюёт на утюг. Если утюг шипит, значит он горячий.
Священнослужители окропляют утюг святой водой. Если шипит, значит в утюг вселился диавол.
Женатые мужчины просят жену проверить утюг. Если шипит — идут проверять сами.
Альтруисты прикладывают чужой утюг к себе.
Мафиози прикладывают свой утюг к другим.
Мазохисты прикладывают утюг к голому заду. Очень расстраиваются если утюг оказывается холодным.
Садисты прикладывают утюг к голому заду мазохистов. Очень радуются, если утюг оказался горячим.
Молдаване проводят утюгом по стене. Если обои клеятся — утюг горячий.
Торопыжка глотает утюг. Tемпература значения не имеет, особенно когда голодный.
Эксгибиционисты демонстрируют свой утюг случайным прохожим. Настойчиво уговаривают потрогать его.
Фаталисты гладят бельё, не проверяя. От судьбы не уйдешь.
И наконец мы задали этот вопрос случайным прохожим: "Скажите, как вы проверяете свой утюг?"
Виктор, нудист: Утюг? Это которым одежду гладят? Вы что, издеваетесь?
Рома, олигарх: Если начинают проигрывать, покупаю новый. Чего? Утюг? А что это?
Борис, певица: Утюг? Элтон ты слышал? С утюгом мы еще не пробовали!
Ашот, таксист: Слющай, зачем правэрять? Всэгда гарачий, да!
Николай, безработный: Да идите вы в ж..пу со своим утюгом!
Борис, певица: Элтон, ты слышал?! В ж..пу!
Клавдия, многодетная мать: Утюг? Какой утюг? Павлуша, не убегай! Причем тут утюг... Наденька, не ешь это с земли! Что вы спросили? Утюг? Какой утюг? Утюг... Утюг?! Утюг!!!!!!!!!!!!!!!!!
вторник, 25 мая 2010 г.
пятница, 21 мая 2010 г.
пятнично-музыкальное
Никогда не был фанатом Депеш Мода, но это по-моему одна из самых красивых песен из...да вообще. Причем это моё не изменилось за последние... черт, неужели уже 17 лет?
понедельник, 17 мая 2010 г.
Лечение
Давай, сын, пей своё лекарство. Пей, пей, чтобы завтра быть здоровым. Конечно не вкусно, но что делать? Лекарство есть лекарство. Ты знаешь, когда папа был маленький, он очень не любил болеть. Конечно, конечно, ты тоже не любишь! Но в отличие от тебя у папы была серьёзная причина. Потому что когда папа болел, родители его лечили... Как лечили? Ну как тебе сказать...
Сынок, ты знаешь что такое горчичники? Хотя откуда тебе в твоей Америке знать про горчичники. А папа знает. Горчичники это... Как бы тебе объяснить... Вот представь, что папа с мамой берут такие квадратные бумажки, намазывают их горчицей, да, да, горчицей и выкладывают тебе этими бумажками сначала спину, потом живот, грудь... А потом папа с мамой заворачивают тебя в шерстяной шарф, и держат тебя так, пока не пропечешься. Что значит "за что они так"? Видишь ли... Там где я жил, так лечили.
А еще папе заворачивали ножки. Ты ни за что не поверишь во что. В капусту! Да, да, в капусту. Моя мама брала капустный лист и заворачивала в него мои детские ножки. Нет, я не думаю что из папы хотели сделать голубцы. Хотя после горчичников... Кто теперь знает? Как объясняла мама — "капуста "вытягивает болезнь". Когда капуста не срабатывала, по логике вещей, мама должна была хотя бы попытаться отдать меня аисту. Но видно, тот всё не летел и не летел.
Сынок, ты не представляешь как тебе повезло в этой Америке. Здесь тебе никогда не поставят банки. Банки — это... Ну представь, что наша мама берет банку... Ну ту, в которой у нас варенье, только поменьше... Рано радуешься. Банка пустая. Мама берет ватку, смачивает её в спирте и поджигает. Но это еще не самое страшное. Мама запускает этот горящий факел в банку и, пока ты не успел опомниться, банка жадно присасывается к твоей костлявой спине, как голодная прожорливая пиявка! Ха! Что глаза вылупил? Это народная медицина, а не твои сиропчики! После этого мама повторяет процедуру, пока ты не превращаешься в некое подобие баночного дикобраза. Но самое замечательное, это когда ты потом две недели ходишь до ушей покрытый засосами. Что такое засос? Пей лекарство сынок, не отвлекайся.
А что такое зелёнка ты знаешь? Это когда у тебя на лбу еле заметная, малюсенькая царапинка, а мама мажет её такой яркой зеленой краской, чтобы все видели — у тебя на лбу огромная рана! И все пацаны во дворе тебе завидуют, а все девчонки восхищаются. Ты знаешь, прошло столько лет, а я до сих пор не могу придумать другого объяснения — ну почему эта дрянь должна была быть ярко зеленой?
Понимаешь, сынок, в моём детстве много чем пугали детей — и рыбьим жиром, и горячим молоком с содой, и бабой Ягой, и красной рукой, и чёрным пианино, и желтыми занавесками... Но Синяя Лампа... Синяя Лампа была страшнее всех, потому что папу ею лечили. Нет, папа не вздрогнул, тебе показалось.
Ну что, проглотил лекарство? Не такое уж оно и горькое, правда? Так, что-то мне не нравится твой кашель. А ну дай сюда свой лоб. Горячий. Зачем тайленол? Сейчас мама сделает тебе ингаляцию, попарит ноги, разотрёт уксусом со спиртом, намажет "звёздочкой", наденет шерстяные носки, затем под тёплое одеяло и завтра будешь как новенький.
Сынок, ты знаешь что такое горчичники? Хотя откуда тебе в твоей Америке знать про горчичники. А папа знает. Горчичники это... Как бы тебе объяснить... Вот представь, что папа с мамой берут такие квадратные бумажки, намазывают их горчицей, да, да, горчицей и выкладывают тебе этими бумажками сначала спину, потом живот, грудь... А потом папа с мамой заворачивают тебя в шерстяной шарф, и держат тебя так, пока не пропечешься. Что значит "за что они так"? Видишь ли... Там где я жил, так лечили.
А еще папе заворачивали ножки. Ты ни за что не поверишь во что. В капусту! Да, да, в капусту. Моя мама брала капустный лист и заворачивала в него мои детские ножки. Нет, я не думаю что из папы хотели сделать голубцы. Хотя после горчичников... Кто теперь знает? Как объясняла мама — "капуста "вытягивает болезнь". Когда капуста не срабатывала, по логике вещей, мама должна была хотя бы попытаться отдать меня аисту. Но видно, тот всё не летел и не летел.
Сынок, ты не представляешь как тебе повезло в этой Америке. Здесь тебе никогда не поставят банки. Банки — это... Ну представь, что наша мама берет банку... Ну ту, в которой у нас варенье, только поменьше... Рано радуешься. Банка пустая. Мама берет ватку, смачивает её в спирте и поджигает. Но это еще не самое страшное. Мама запускает этот горящий факел в банку и, пока ты не успел опомниться, банка жадно присасывается к твоей костлявой спине, как голодная прожорливая пиявка! Ха! Что глаза вылупил? Это народная медицина, а не твои сиропчики! После этого мама повторяет процедуру, пока ты не превращаешься в некое подобие баночного дикобраза. Но самое замечательное, это когда ты потом две недели ходишь до ушей покрытый засосами. Что такое засос? Пей лекарство сынок, не отвлекайся.
А что такое зелёнка ты знаешь? Это когда у тебя на лбу еле заметная, малюсенькая царапинка, а мама мажет её такой яркой зеленой краской, чтобы все видели — у тебя на лбу огромная рана! И все пацаны во дворе тебе завидуют, а все девчонки восхищаются. Ты знаешь, прошло столько лет, а я до сих пор не могу придумать другого объяснения — ну почему эта дрянь должна была быть ярко зеленой?
Понимаешь, сынок, в моём детстве много чем пугали детей — и рыбьим жиром, и горячим молоком с содой, и бабой Ягой, и красной рукой, и чёрным пианино, и желтыми занавесками... Но Синяя Лампа... Синяя Лампа была страшнее всех, потому что папу ею лечили. Нет, папа не вздрогнул, тебе показалось.
Ну что, проглотил лекарство? Не такое уж оно и горькое, правда? Так, что-то мне не нравится твой кашель. А ну дай сюда свой лоб. Горячий. Зачем тайленол? Сейчас мама сделает тебе ингаляцию, попарит ноги, разотрёт уксусом со спиртом, намажет "звёздочкой", наденет шерстяные носки, затем под тёплое одеяло и завтра будешь как новенький.
среда, 12 мая 2010 г.
Филофобия (из подлокотника)
Вчера в Брюсселе прошла демонстрация пацифилов, в смысле пацифистов... то есть пестицидов...или нацефобов... Власти жестоко пацифили... в смысле подцепили... то есть нацепили... Извините. Вчера в Брюсселе прошла демонстрация педофилов. Власти жестоко подафили... пeдафили... подрафили... А вот! Вчера в Брюсселе прошла демонстрация зоофилов...то есть задофилов... Власти жестко завалили... то есть задафили... засадили... задрофили... раздрофили... потравили... хлорофилом... Твою мать. Демонстрация садофилов в Брюсселе жестоко покусала демонстрацию мазофилов... То есть мазафаков... музофилов... рукофилов... рукоблудов... дровопилов... дефлорубов... мацеболов...
Знаете что? Сами читайте свои новостилы! А к нам прилетели грачефилы... или дроздофобы... Короче, весна.
Знаете что? Сами читайте свои новостилы! А к нам прилетели грачефилы... или дроздофобы... Короче, весна.
вторник, 11 мая 2010 г.
В зеркале
В моём зеркале живёт человек. Всё что он делает — это смотрит на меня изо дня в день, смотрит пристально, внимательно... и молчит. Порой у меня возникает неприятное ощущение, что он всё обо мне знает, оттого никогда ничего не спрашивает. Просто смотрит в глаза, а порой прямо в душу, будто оценивает, осуждает.
Знаком я с ним уже очень давно, пожалуй ровно столько, сколько себя помню. Поначалу, увидев его ТАМ, я страшно пугался, плакал, боялся подходить к зеркалу. Но потом страх постепенно прошел, сменившись любопытством. Мне стало интересно изучать его, рассматривать его лицо, с каждым разом находя новые детали, играть с ним, заливаться смехом, когда он смешно корчил рожи.
И вот прошло столько лет, а я так толком ничего о нём и не знаю. Кто он? Откуда он взялся? Как его зовут? Где живет? Куда ходит? Что есть? С кем спит? Всё что мне известно — жалкие крупицы, собранные в ходе наблюдения за ним. Например, я знаю, что его настроение переменчиво. По утрам он неприветлив, зол. Физиономия его помята и небрита, волосы взлохмачены, под глазами тёмные круги. И хотя он молчит, я вижу по выражению его лица, что он раздражён и лучше его не трогать. Да я и не трогаю.
Еще у меня есть подозрение, что он слегка эксгибиционист. Нет, я на полном серьезе. Трудно сосчитать сколько раз он являлся ко мне абсолютно голым. Недавно он продемонстрировал мне такое... А что он при этом вытворял... Я бы с радостью отвернулся, если бы мне не было так интересно.
А еще он любит надо мной поиздеваться. На днях я немного перебрал, ну с кем не бывает? Так он привел с собой целую кучу каких-то выродков — поглазеть на меня. Сами они тоже были изрядно поддатые — это были видно за версту. Так и стояли в зеркале, плотной окосевшей толпой, вылупившись на меня мутными глазами и слегка пошатываясь.
Похоже, что в последнее время он стал много нервничать, что-то его грызёт. Я стал замечать, что у него появляются седые волосы и эти морщины вокруг глаз, которых раньше не было. Я бы спросил у него, — эй, приятель, что происходит? Но разве ж он ответит? Так и молчим — смотрим друг на друга и молчим.
А вчера он в исчез. Просто перестал появляться и всё. Ума не приложу что случилось. Может быть я его обидел? Может он заболел, или еще хуже... А может я просто ему надоел — в конце концов, ничего удивительного, сколько можно лицезреть перед собой одну и ту же рожу. Да, он немного странный, даже где-то немного не в себе... Но, признаться, я успел к нему привязаться. Впрочем, кто я такой, чтобы его осуждать? В конце концов он — свободный человек и может делать что хочет. А кто я? Самое обыкновенное отражение.
Знаком я с ним уже очень давно, пожалуй ровно столько, сколько себя помню. Поначалу, увидев его ТАМ, я страшно пугался, плакал, боялся подходить к зеркалу. Но потом страх постепенно прошел, сменившись любопытством. Мне стало интересно изучать его, рассматривать его лицо, с каждым разом находя новые детали, играть с ним, заливаться смехом, когда он смешно корчил рожи.
И вот прошло столько лет, а я так толком ничего о нём и не знаю. Кто он? Откуда он взялся? Как его зовут? Где живет? Куда ходит? Что есть? С кем спит? Всё что мне известно — жалкие крупицы, собранные в ходе наблюдения за ним. Например, я знаю, что его настроение переменчиво. По утрам он неприветлив, зол. Физиономия его помята и небрита, волосы взлохмачены, под глазами тёмные круги. И хотя он молчит, я вижу по выражению его лица, что он раздражён и лучше его не трогать. Да я и не трогаю.
Еще у меня есть подозрение, что он слегка эксгибиционист. Нет, я на полном серьезе. Трудно сосчитать сколько раз он являлся ко мне абсолютно голым. Недавно он продемонстрировал мне такое... А что он при этом вытворял... Я бы с радостью отвернулся, если бы мне не было так интересно.
А еще он любит надо мной поиздеваться. На днях я немного перебрал, ну с кем не бывает? Так он привел с собой целую кучу каких-то выродков — поглазеть на меня. Сами они тоже были изрядно поддатые — это были видно за версту. Так и стояли в зеркале, плотной окосевшей толпой, вылупившись на меня мутными глазами и слегка пошатываясь.
Похоже, что в последнее время он стал много нервничать, что-то его грызёт. Я стал замечать, что у него появляются седые волосы и эти морщины вокруг глаз, которых раньше не было. Я бы спросил у него, — эй, приятель, что происходит? Но разве ж он ответит? Так и молчим — смотрим друг на друга и молчим.
А вчера он в исчез. Просто перестал появляться и всё. Ума не приложу что случилось. Может быть я его обидел? Может он заболел, или еще хуже... А может я просто ему надоел — в конце концов, ничего удивительного, сколько можно лицезреть перед собой одну и ту же рожу. Да, он немного странный, даже где-то немного не в себе... Но, признаться, я успел к нему привязаться. Впрочем, кто я такой, чтобы его осуждать? В конце концов он — свободный человек и может делать что хочет. А кто я? Самое обыкновенное отражение.
среда, 5 мая 2010 г.
Из подлокотника
Я здоров и практически жив. Просто опять, следуя старой недоброй традиции, по весне навалилась работа. Да так, что лучше бы навалилось... Да хотя бы вот та тётка из HR. Впрочем, наверное лучше работа.
Времени на справление творческой нужды практически нет. Единственное, что остаётся — записывать редкие неумные мысли на клочках бумаги в машине. Благо, подлокотник удобный.
Плюс — я уже почти научился писать, не глядя на бумагу. Минус — научиться бы еще эту фигню читать.
ПС: Если вдруг увидите взлохмаченного мужика в сером Ниссане, с высунутым языком записывающего что-то на подлокотнике... Бибикните ему. Или оставьте комментарий. Он потом ответит.
ППС: К концу мая обещают дать послабление...Или слабительное? Этих менеджеров хрен поймешь.
Времени на справление творческой нужды практически нет. Единственное, что остаётся — записывать редкие неумные мысли на клочках бумаги в машине. Благо, подлокотник удобный.
Плюс — я уже почти научился писать, не глядя на бумагу. Минус — научиться бы еще эту фигню читать.
ПС: Если вдруг увидите взлохмаченного мужика в сером Ниссане, с высунутым языком записывающего что-то на подлокотнике... Бибикните ему. Или оставьте комментарий. Он потом ответит.
ППС: К концу мая обещают дать послабление...Или слабительное? Этих менеджеров хрен поймешь.
Подписаться на:
Комментарии (Atom)